ЧТО МЫ ЗНАЕМ ОБ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ?

Исследование: Социальные представления о русской интеллигенции

 

Екатерина Бакшутова,

доцент кафедры общей и прикладной психологии ПГСГА

 

В качестве интеграционных для большой социальной группы признаков отмечают следующие: включённость в широкий социальный контекст, общность интересов и потребностей, длительность существования, традиции, ценностей, идеалов, осознание участниками своей принадлежности к группе и признание данной группы социальным окружением [2; 3, с.217]. Еще в конце XX века все это безоговорочно характеризовало и интеллигенцию, хотя она на протяжении всей своей истории была весьма размытой как по внешним границам, так и в самоопределении себя в качестве целого, цельного сообщества и признаков членства.

 

Одной из базовых характеристик «исторической» интеллигенции разные авторы называют ее оппозиционность власти. Другая значимая составляющая концепта «интеллигенция» - это функция продвижения общества вперед, его культурное и духовное взращивание. Можем ли мы сегодня констатировать наличие группы, реализующей эти общественные роли? Действительно ли интеллигенция умерла в 90-е годы XX века [6], или она еще необходима российскому обществу? И, наконец, представляет ли собой интеллигенция квинтэссенцию идеалов русской культуры, служит ли она сохранению духовных ценностей, и, говоря наивным обыденным языком – хорошая она или плохая?

 

Мы можем заметить, что научное исследование не ставит своей целью оценить какое-либо явление реальности так жестко, но в действительности, ответу на этот вопрос посвящены сотни публикаций, составляющих интеллигентский дискурс. Сложность изучения интеллигенции связана с рядом обстоятельств помимо диффузности и современной многослойности группы: невозможность разделения объекта и субъекта; амбивалентность дискурса, мифологизированность объекта, осуществляемая субъектом на протяжении более чем ста пятидесяти лет.

 

Но самое сложное – это выборка. Опыт работы показывает, что те, кто по своему социальному и идеологическому «функционалу», представления о котором складывались на протяжении долгого времени, может быть отнесен к интеллигенции, как правило, или считают себя недостойными быть причисленными к этой группе, или же, наоборот – быть названными интеллигенцией считают недостойным для себя. Те же, кто уверенно причисляют себя к интеллигенции, зачастую не соответствуют требованиям нравственности, предъявляемым как в публицистике XIX - XX веков, так и в изучаемых нами социальных представлениях. То есть, и самосознание интеллигенции тоже амбивалентно, по этой причине крайне сложно составить репрезентативную выборку представителей интеллигенции.


И, кроме того, наши исследования показали одно важное обстоятельство – интеллигент и интеллигенция – разнопорядковые понятия. Интеллигентность как свойство личности, имеет однозначно положительную окраску. Однако сложно представить существование социальной группы, отличительным признаком которой был бы высокий уровень интеллекта, нравственности и хороших манер. То есть, интеллигенция все же не совокупность интеллигентных людей, а группа, выполняющая социальные функции, о которых выше было сказано.


Мы предприняли попытку описания интеллигенции извне дискурса, то есть, опираясь на социальные представления людей, обычно не занятых рассуждениями об интеллигенции, ее «слабых» и «сильных» сторонах, противоречиях и дефинициях ее ролей и характеристик. С этой целью нами использовалась анкета (мы опирались на работу Н.Л.Смирновой, изучавшей имплицитные концепции интеллектуальности, где применялся метод японских психологов Азумы и Кашиваги, адаптированный для российского исследования [7], добавив один вопрос: относите ли Вы себя к интеллигенции), включающая четыре вопроса: пожалуйста, приведите суждения, которые приходят Вам в голову об интеллигенции; пожалуйста, назовите характеристики интеллигентного человека; опишите, пожалуйста, хорошо Вам известного интеллигентного человека; относите ли Вы себя к интеллигенции?

 

В исследовании участвуют представители групп, потенциально предполагающих интеллигентскую идентичность – студенты, преподаватели вузов, сотрудники библиотек, ученые, представители творческих профессий; а также люди, занятые в производстве, сфере обслуживания и коммерции – как с высшим образованием, так и без него. Здесь мы можем представить часть результатов опроса, проведенного в Санкт-Петербурге и Самаре весной и осенью 2009 года. Выборка составила 94 респондента в Самаре и 69 в Санкт-Петербурге; она не вполне однородна, однако это возможно для изучения обыденных представлений на уровне описания семантического поля изучаемого явления.


В самарской выборке понятия «интеллигенция» и «интеллигент» не всегда четко разделяются. Среди студентов 5 курса (средний возраст 21 год, всего 60 опрашиваемых) механико-математического факультета (специальность «Компьютерная безопасность. Защита информации») 77% опрашиваемых смогли сформулировать определение интеллигенции и интеллигентного человека по отдельности; среди студентов 5 курса (средний возраст 21 год, 12 анкет) факультета психологии (специальность «Педагогика и психология») – 50%; самый высокий уровень дифференциации этих понятий обнаружен у людей без высшего образования – 91% (средний возраст 36 лет, 22 анкеты).

 

При этом высказывания не однородны по объему и содержанию. Самые сложные и пространные представления у студентов мехмата. Часть из них констатирует скорее отсутствие интеллигенции в современной России: «Интеллигенция, на мой взгляд, уменьшается и теряется за славой и богатством – люди не стремятся продвинуться морально или этически, а хотят сейчас побольше набить свой кошелек». «Я думаю, что интеллигенция умерла в каких-нибудь древних временах. Но и в наше время встречаются исключения». «Я считаю, что интеллигенция – нужный и важный слой общества, но по сути своей крикливый и бездейственный». «Я не считаю, что интеллигенция нуждается в том, чтобы о ней думали».


Но большинство высказываний вполне «рифмуется» с «до-веховским» пониманием интеллигенции: «Мне кажется, что интеллигенция – это один из важных отличительных признаков русскоязычного населения от других, т.к. понятие интеллигенции в понимании не только ум, но и духовность, существует только в России. И поэтому интеллигенция является одним из ключей к пониманию русского менталитета. В России интеллигенция – это важная прослойка общества, формирующая критичный взгляд на политические события, вносящая инновационные идеи и мысли» и с представлением об интеллигенции, сложившимся в советские годы: «Интеллигенция – слой, занимающийся умственным и творческим трудом, развитием образования, культуры и духовности в обществе. К интеллигенции относятся актеры, учителя, врачи, ученые», но более иронично: «Каждый кошерный интеллигент должен прожить жизнь так, чтобы соответствовать самому точному из определений, данных интеллигенции ее благодарным народом – совесть нации».


Студенты психологического факультета не выдвигают содержательных суждений и в понятие «интеллигенция» включают в основном перечень профессий: «врачи, учителя»; «профессор, ученый, литературный кружок» и негативные социальные характеристики: «интеллигенция – невысокого материального уровня; не особо ценится в обществе»; «в недалеком прошлом такого рода люди высмеивались из-за некоторых особенностей, например, излишней скромности, чопорности, странного внешнего вида…».


Наиболее позитивные представления об интеллигенции высказывают люди без высшего образования: «Интеллигенция – это люди, интеллектуального труда, имеющие высокие моральные принципы» (49 лет, рабочий). «Без данного слоя общества мы не можем существовать» (29 лет, медсестра). «Интеллигенция – это определенная прослойка общества, которая наиболее образована и зарабатывает на жизнь собственным умом. Это люди не богатые, целеустремленные, постоянно развивающие свой интеллект, с хорошими манерами поведения в обществе» (28 лет, командир взвода). «Интеллигенция – это в первую очередь то общество, в котором все антиморальные устои не признаются» (23 года, заведующая складом). Кроме социальных характеристик, здесь выделяются и психологические: «Интеллигенция – это внутреннее состояние человека (а соответственно, проявляется и внешне). Это некое состояние духовной чистоты, доброты и образованности» (21 год, работник почты). Однако в этой группе понятия «интеллигент» и «интеллигенция» мало разделяемы.


Если говорить о характеристиках интеллигентного человека, то они представлены компонентами: интеллект, духовность и нравственность, гражданская позиция, воля, внешний вид, поведение в обычной жизни и в конфликтах, общительность, недостатки. Для всех групп опрашиваемых ядерные представления об интеллигенте связаны с «высокой образованностью», «широким кругозором» и «эрудированностью». Отметим, однако, что только студентами мехмата хорошее образование не обязательная связь образованности и интеллигентности: «Образованность нельзя смешивать с интеллигентностью, но для интеллигентности человека огромное значение имеет именно образованность. И вот тут обращает на себя внимание одна важная особенность образованности: чем больше знаний у человека, тем легче ему приобретать новые. Новые знания легко «укладываются» в запас старых, запоминаются, находят себе место». «Интеллигентный человек – прежде всего умный человек (а это не обязательно образованный)».


На остальных характеристиках не будем останавливаться подробно, но отметим, что во всех группах отмечается, что интеллигент – прекрасный собеседник, сдержан, умеет вести себя в конфликте, «а если уж сильно достали, умеет уйти от конфликта» (39 лет, зубной техник), умеет выслушать.


Для всех трех групп интеллигентный человек обязательно опрятно одет, иногда упоминается, что еще и со вкусом: «Интеллигентный человек выглядит примерно так: он всегда выглажен, причесан, побрит и пострижен. Если ему на работу, он с вечера приготовит, что ему нужно одеть, постирает, погладит. Если на его брюках вдруг сядет пылинка, он будет ее бережно убирать своими лощеными ручками и снова станет как с иголочки!» (студентка механико-математического факультета). «Одежда всегда чистая, ходит в костюме с дипломатом, прическа – всегда волосы зачесаны, не к чему придраться» (студентка психологического факультета). «Одевается достаточно скромно, но всегда со вкусом. Соблюдает этикет за столом» (25 лет, медсестра).


Для представителей группы лиц без высшего образования важным маркером интеллигента выступает отношение к женщине: «Будь это девочка, девушка, жена или знакомая, коллега по работе. Даже в обыкновенном, обыденном разговоре он ведет себя галантно и, общаясь с женщиной, старается превознести ее. Т.к. воспринимает ее подобно божеству, дающему жизнь» (39 лет, зубной техник).


На вопрос о знакомом интеллигентном человеке ответили не все. Среди студентов мехмата – 25% ответов. К интеллигентам относят А.П. Чехова, Л.Н. Толстого, П.Л. Монастырского, А. Эйнштейна, В.В. Путина, В.А. Медведева и некоторых действительно своих знакомых. О знакомом молодом человеке, например, сказано следующее – «пока он интеллигент, но жизнь это исправит».


Студентки психологического факультета так же или не отвечают на этот вопрос, или утверждают «такого человека нет». Только 33% анкет включают описание знакомого интеллигента, но не называют его; описания такого рода: хорошо сложен; ходит с дипломатом; смотрит свысока на других и т.п. Только одна девушка описывает своего друга, который «чистоплотен; всегда улыбается и здоровается при встрече; от него часто можно услышать вежливые слова…».


Для опрашиваемых без высшего образования (68%) в круг интеллигентов входят школьные учителя, директора школ, знакомые преподаватели вузов и близкие друзья, В.Познер и семья Михалковых.


Что касается последнего вопроса: относите ли Вы себя к интеллигенции, то среди студентов мехмата таковым себя считают 15%, 60% не относят себя к интеллигенции: «Что касается отнесения меня к интеллигенции…то мой ответ с уверенностью 99,999999…% будет отрицательным, и причин тому немало, одной из которых является мое смутное понимание столь непонятного слова «интеллигенция» или «Заниматься творчеством, искать что-то новое, это довольно тяжело, тем более делать это не за денежное вознаграждение, а просто так, для души. Наверно каждый интеллигентный человек немного безумен». Среди остальных (25%) встречаются ответы: «Будущее покажет», «Когда я вырасту, я хочу стать интеллигенцией. Как космонавтом. Сверхзадача типа». Среди студенток психологического факультета – 8% - относят себя к интеллигенции; Из служащих Газпрома – 43% осознают себя интеллигентами и 33% - «в некоторой мере». Разнообразные ответы у лиц без высшего образования: 23% считают себя интеллигентами, 14% - «частично»; «стремление высоко» у 14% и «пока нет» тоже у 14% опрашиваемых, но тенденция к тому, чтобы признать себя интеллигентами, существует.


Социальные представления о русской интеллигенции опрашиваемых в г.Санкт-Петербурге содержательно оказались более сжатыми, а эмоционально – более сдержанными; 2 из 69 анкет содержат высказывания: «Я думаю, что любые суждения об интеллигенции вы найдете в Санкт-Петербурге» и «Я считаю, что интеллигенция живет только в Санкт-Петербурге». Однако если говорить о раздельных суждениях о понятиях «интеллигенция» и «интеллигент», то здесь суждения об интеллигенции как группе, историческом и социально-психологическом феномене встречаются реже, чем в самарских группах. В основном – перечисление одних и тех же личностных качеств в ответе на вопрос об интеллигенции и интеллигенте. Например, преподаватели факультета психологии Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена (6 анкет) в числе характеристик интеллигенции отмечают, что это: «Авангард общества», «Передовые идеи, не такие как все, образованная часть общества», «Проживают в крупных городах», «Русская интеллигенция» (но это просто ассоциация, а не понимание или объяснение), «Интеллигента видно за версту».

В группе лиц со средне-профессиональным образованием (всего 19 испытуемых) 3 человека (15%) не высказали суждений об интеллигенции; в 10 случаях (52%) суждения начинаются со слов «Интеллигент – это…», то есть фактически отвечают не по смыслу вопроса. И в 6 анкетах (32%) мы видим некоторые групповые характеристики: «Ум, честь нации. Высоко культурные люди. Уважающие и берегущие традиции и историю своего народа» (41 год, методист-психолог); «Высокий уровень культуры» (30 лет, артистка цирка). Другие высказывания констатируют исчезновение интеллигенции: «Интеллигенция сейчас редкость. Интеллигенция относится к вымирающему классу.» (и здесь же: «Интеллигент очкастый» (42 года, психолог); «Интеллигенты – это в основном писатели. Интеллигентов мало. Интеллигенты вымирают. Понятие «интеллигенция исчезает» (26 лет, секретарь). И есть совсем уж парадоксальные суждения об интеллигенции: «Будь проще и люди потянутся к тебе» (23 года, работает в рекламе); «Умный не скажет, дурак не заметит», «Ученье свет, а неученье – тьма» (лет, диспетчер).


В группе студентов 5 курса специальности «Информационная безопасность» (15 анкет) 47% респондентов дали групповое определение, два из которых мы приводили выше – о неразрывной связи интеллигенции и Санкт-Петербурга, но и другие имеют скорее гротескный характер: «Если интеллигентный человек не знает, как грамотно пишется слово «интеллигентный», он пишет «образованый» (м, 21 год). «Интеллигенция исчезает. Интеллигентных людей все меньше» (22 года, учитель); «Интеллигенция – это был определенный класс, вроде» (21 год, студентка); «В основном пожилые люди; закостенелый слой общества; вымирающий слой общества» (21 год, инструктор подводного плавания); «Геи. Жизнь по кругу» (21 год, студент).


В группе студентов заочного обучения специальности «Учитель ОБЖ» (29 респондентов) так же не все смогли дать хоть какое-либо определение интеллигенции, таковые обнаружены в 48% анкет. Здесь идет речь о вымирании этого слоя общества, но в то же время: «Интеллигенция – это высший свет этого никчемного мира» (м, 25 лет, прораб); «Интеллигенция – цвет общества» (21 год, инструктор казино); «Она существует» (22 года, учитель). В остальных анкетах, как и в других группах испытуемых – перечисление отдельных качеств личности, диапазон которых весьма широк, от «добрые, вежливые, учтивые» до «жлоб, слащавый, не искренен».


Что касается ответа на вопрос: пожалуйста, назовите характеристики интеллигентного человека, то мы встречаем довольно много описаний, но они менее пространны, чем во всех описанных самарских выборках. Здесь мы не берем личностные характеристики, приводимые в ответах на другие вопросы. В группе преподавателей вуза названо 41 качество (6,8 высказываний приходится на одного респондента), из которых в одном порядке самыми частыми (15%) выступают «образованность, эрудированность, начитанность» и «нравственность, духовность» (10%). Если объединять высказывания в группы, то более всего характеристик относятся к тому, как обычно описывают добросовестного и порядочного человека: пунктуальность, ответственность, умение держать слово, хорошие манеры, отсутствие вульгарности, грубости, тактичность, вежливость, тактичность, корректность и др. (42% высказываний). Не обойден и здесь вниманием внешний вид интеллигента: седина, наличие очков, трости (7%).


Студенты, обучающиеся обеспечению информационной безопасности, представляют 53 характеристики (по 3,5 на одного испытуемого). Из них 40% относятся к воспитанности и вежливости (в Самарской выборке преимущество было за уровнем образования); 28% - к образованности (включая ум и начитанность). Кстати, студенты СамГУ схожей специальности «Защита информации», в отличие от студентов РГПУ не считают образованность обязательным условием интеллигентности, что отдельно оговаривают. Гораздо менее представлены такие черты, как аккуратность (7,5%) и речь (5,6%). Появляются в этой выборке и такие качества, как коммуникабельность, доброта, личность и увлеченность. И совсем нет высказываний о внешнем виде интеллигентного человека.


Студенты-заочники специальности «Безопасность жизнедеятельности» представили 93 характеристики интеллигентного человека (по 3,5 на каждого опрашиваемого). И здесь главенствующее положение занимают черты, связанные с вежливостью и воспитанностью («уступает бабушкам в метро», «не пьющий!») – 35,5%. В одной из анкет указаны две таких рядоположных характеристики: «никогда не бросит мусор на улице», «никогда не бросит семью и детей». На следующем месте, но с большим «отрывом» - сфера интеллекта – 17,2%. В этой выборке значительное внимание уделяется внешнему виду интеллигента – 13,2%: опрятный, аккуратный, пиджак, дипломат, очки, серьезный вид.


Здесь есть единичные высказывания, сближающие ответы студентов этой группы с предыдущей, по таким чертам, как индивидуальный, уважающий себя, и появляются новые, отсутствующие в высказываниях двух описанных групп: решительный, властный, занимающий высокое положение в обществе. Кстати, именно в этой выборке, но в разделе групповых характеристик интеллигенции, мы встретили такие черты, как жлоб, жадные, богатые. Для обеих групп студентов не являются актуальными такие качества как нравственность и духовность, хотя отмечены доброта, благородство, отзывчивость (9,4% и 9,7% в группах соответственно).


И, наконец, группа лиц без высшего образования, занятых самым разным трудом. Для них, так же, как и для преподавателей РГПУ им. А.И. Герцена, высшей ценностью интеллигента представляется образование – 26% характеристик относятся к этой сфере. Но если для педагогов на втором месте стоит духовность и нравственное развитие, то для этой подгруппы, так же, как и для студентов, более важными выступают воспитанность и вежливость: не нахамит, хорошие манеры, этикет – 24%. Значительное место (11%) отводится чертам: порядочный, честный, благородный. И в этой группе – единственной – появляются характеристики эмоциональной сферы: скучный, спокойный, эмоционально сдержанный.


Ответ на третий вопрос – о знакомом интеллигентном человеке дал меньше результатов, чем в самарских группах. В 66 анкетах приводится только 43 описания (65%), из них 29 анкет (67,4% всех ответов) просто перечисляют черты знакомых людей, не персонализируя их: «высокий, стройный, умный, начитанный, грамотный, со своей точкой зрения» (22 года, студент); «он не очень общителен», «как ни странно, это человек уже в возрасте и еврейского происхождения» (21 год, студентка).


В двух случаях названы женщины 55 лет, одна из них – преподаватель, работающий с подростками; также названы: отец, друг Александр - «ну очень интеллигентный человек, он вежлив, скромен и повеса» (м, 21 год, инструктор казино); учитель музыки – «потомственный петербуржец, обладает широким кругозором, никогда не повышает голос и др.» (ж, 26 лет, ассистент кафедры); Леонид Парфенов – «костюм, галстук, очки, умный взгляд» (м, 26 лет, фармацевт); Миша Боярский – «известный общественный деятель, появляется на ТВ» (22 года, студент); Печорин («Герой нашего времени», ж, 22 года); Д.С. Лихачев (ж, 22 года, помощник декана); друг Армен Джигарханян – «всегда уступит место женщине в метро и не ругается матом» (22 года, студент); дважды назван В.В. Путин – «является коренным жителем Санкт-Петербурга и я считаю его идеальным образом в наивысшей степени культурным и интеллигентным человеком» (м, 21 год, студент). И еще здесь «Робин-Бобин Барабек – замечательный человек» (м, 21 год); и один респондент (м, 21 год) себя определил как интеллигента – «я полностью отвечаю всем критериям интеллигентности». Кстати, нужно отметить, что представители Санкт-Петербургской выборки о себе пишут более подробно, чем самарские респонденты – место работы, должность, одна работа, другая. Ну и некая дополнительная информация – «повелитель мира», «крестный отец».


Ответы на вопрос «относите ли Вы себя к интеллигенции?» распределились следующим образом: половина преподавателей РГПУ ответила «да», половина: «хотелось бы», «надеюсь». Студенты показывают больше вариантов отнесения себя к этой группе. Среди студентов-заочников специальности «Безопасность жизнедеятельности» 33% однозначно «да»: «да, конечно», «а как же!», «нет» - 48%, и 19% испытуемых – сомневаются: «смотря к какой…», «частично».


Среди студентов специальности «Информационная безопасность» наоборот – больше ответили на это вопрос «да» - 57%, не относят себя к интеллигенции 29% опрошенных в этой группе, и 14% считают себя интеллигентами «50 на 50». Кстати, обе студенческие группы не выражают стремления в эту группу попасть.


Ответы лиц со средним профессиональным образованием распределились следующим образом: 31,5% считают себя интеллигентами, 16% - нет, 10,5% хотели бы таковыми быть, а большая часть – 42% отвечают: «иногда», «частично», «совсем чуть-чуть», «про себя сложно сказать». Эта подгруппа, в отличие от подобной в Самаре, отказалась более скромной, где именно люди со средним профессиональным образованием или однозначно относят себя к интеллигенции, или предполагают, что этот переход в их жизни скоро наступит.


Нужно отметить, что каноническое представление об интеллигенции, которое изложено на страницах «Вех» с главными «сущностными» маркерами – безрелигиозность, противогосударственность и антинародность, принадлежит самой интеллигенции. Формировалось оно достаточно долго, но сформировалось не сразу, не прямолинейно, и на самом деле не может быть таковым однозначно. Существуют и другие точки зрения на интеллигенцию, утверждающие обратное – любовь к народу, служение истине, православию и Родине о чем говорят многочисленные отклики на те же самые «Вехи», опубликованные в 1909 году. Противоположность оценок и составляет содержание интеллигентского дискурса самоопределения группы. Представления современного человека об интеллигенции в наименьшей степени касаются выше названного – «службы совести» [1], ведущее место среди них занимают характеристики, как образование, опрятный внешний вид и воспитанность.

 
Внешний вид выступает маркером интеллигентности для студентов специальности «Педагогика и психология», «Защита информации. Компьютерная безопасность» и людей со средним профессиональным образованием, живущих в Самаре, и студентов специальности «Безопасность жизнедеятельности» в Санкт-Петербурге, Приведем высказывание князя С. Щербатова (
XIX век): «Сам человеческий облик известной категории людей, идейных, изъеденных интеллигентской идеологией, носил печать этого удушливого, безотрадного «антиэстетизма». Нечесаные волосы, перхоть на потертом воротнике, черные ногти, неряшливая одежда, вместо платья неопределенного цвета блузы…» и т.д. [9, с. 245]. Что касается советского периода, точнее – 60-х годов XX века: «Интеллигентская субкультура создала свой стиль, доминантой которого была подчеркнутая неофициальность: свитера, джинсы, бороды, «дикий» туризм, песни под гитару: подобно старообрядцам, интеллигенция уходила в леса и предавалась там пению так называемой самодеятельной песни…[4, с.122]. Эти два высказывания, хотя и отстоят друг от друга более чем на сто лет, занимают общую позицию, причем, совершенно противоположную той, которую мы видим извне интеллигенции – в представлениях о ней современных людей. Не нужно, однако, забывать, что и С. Щербатов, и А. Камчатнов, даже если бы они стали нам возражать, находятся внутри интеллигентского дискурса, в его антиинтеллигенской составляющей. И поскольку целью интеллигентского дискурса является самоопределение интеллигенции, а значит и выявление аутентичных качеств группового членства, то и внешний вид является возможностью отделения «своих» от «чужих».


Такой аспект современных социальных представлений как воспитанность, в рассмотренных нами работах (например, журнал «Русская мысль» (1880-1918), сборник «Вехи» (1909), современная публицистика) не заостряется, хотя он был весьма важным, например для А.П. Чехова [4], но, возможно, что актуальность и распространенность этой характеристики в полученных нами анкетах столь велика по той причине, что для современного человека хорошо воспитанный, или даже просто вежливый человек, подобно интеллигенции, является чем-то, существовавшим в древние времена, а ныне исчезающим.


Образование – «служба ума» [1] – ядерное представление об интеллигентах для всех самарских респондентов, а так же для преподавателей РГПУ имени А.И. Герцена и лиц со средне-профессиональным образованием из Санкт-Петербурга. Это очень важный аспект в понимании интеллигенции, поскольку этимология этого слова, действительно, связана с интеллектом, сознанием и пониманием в их высшей степени. А.Камчатнов отмечает: «Между интеллигенцией и образованным слоем русских людей лежит пропасть, и не заметить ее может только слепой. Единственное, что их сближает, - это наличие образования, однако сами интеллигенты усиленно подчеркивали, что далеко не всякий образованный человек может быть причислен к интеллигенции» [4, с.115]. То есть, по Камчатнову, образованные люди – хорошие, интеллигенция – плохие. Но А.И.Солженицын писал противоположное: «Сей образованный слой, все, что самозвано или опрометчиво зовется сейчас «интеллигенцией», называть ОБРАЗОВАНЩИНОЙ» [8]. По Солженицыну – интеллигенция – хорошие, образованщина – плохие, самозвано присвоившие себе священное имя.


В действительности же, более всего справедлив М.Ю.Лотман: «критерии интеллигентности, как правило, явно не формулируемые, не имеют почти никакого отношения к интеллектуальной сфере (т.е. с точки зрения интеллигентского дискурса ни ум, ни образованность сами по себе не делают человека интеллигентом, но и вообще как бы не очень нужны» [5, с.134]. И действительно – не каждый врач, учитель, инженер или писатель становятся интеллигентами. А определяется интеллигент тем, «как он чувствует, думает и говорит, иными словами – через соотнесенность с интеллигентским дискурсом» [5, с.134].

 

Очевидно, что сегодня мы имеем дело с двумя типами представлений об интеллигенции – традиционно книжными, создаваемыми интеллигенцией в рамках своего дискурса, и обыденными – действительно, представлениями людей об интеллигенции. И если первые, как в положительных, так и отрицательных оценках апеллируют к духовным и нравственным характеристикам интеллигенции как группы, то есть, ее предназначению в продвижении страны к ценностям культуры и гражданского общества, то обыденные представления затрагивают отдельного интеллигента как тип человека вежливого, неконфликтного, хорошо образованного и социально адаптированного.

 

Однако сопоставление этих разных представлений не дает возможности представить современную интеллигенцию целокупно, опираясь на четкие критерии, поскольку остаются сокрытыми, в том числе и от самих носителей, интеллигентское самосознание и самоидентичность.

 

Историко-динамический анализ психологии русской интеллигенции показывает, что социальное функционирование интеллигенции так же неустойчиво и протекает циклично – от периодов обострения самосознания и ярко выраженной оппозиционности этой группы власти, до расслоения на тех, кто сливается с массой, и тех, кто обслуживает интересы власти. Диффузность самосознания приводит к тому, что интеллигентские идеалы служения народу, подвижничества, личностного развития и рефлексии не реализуются в социальных практиках, а остаются в пространстве дискурса.



Литература


1. Гаспаров М.Л. Интеллектуалы, интеллигенты, интеллигентность // Российская интеллигенция: история и судьба М.Л. Гаспаров. – М.: Наука, 1999. С.5-14.


2. Дилигенский Г.Г. Некоторые методологические проблемы исследования психологии больших групп / Г.Г. Дилигенский // Методологические проблемы исследования больших групп / Отв. ред. Е.В.Шорохова. – М.: Наука, 1975. С.196-205.


3. Донцов А.И. О понятии «группа» в социальной психологии / А.И. Донцов // Социальная психология в трудах отечественных психологов / Сост. А.Л.Свенцицкий. – СПб.: Питер, 2000.


4. Камчатнов А.М. О концепте интеллигенция в контексте русской культуры / А.М. Камчатнов // Язык и ментальность. – СПб., 2004. С.111-123.


5. Лотман М.Ю. Интеллигенция и свобода (к анализу интеллигентского дискурса) / М.Ю. Лотман // Русская интеллигенция и западный интеллектуализм: история и типология. Материалы международной конференции, Неаполь, май 1997. Россия /
Russia. Новая серия под ред. Н.Г. Охотина. Вып 2. – М.: О.Г.И., 1999. С.121.


6. Покровский Н.Е. Прощай, интеллигенция! // На перепутье (Новые Вехи): Сборник статей – М.: Изд. Корпорация «Логос», 1999. – 240 с.


7. Смирнова Н.Л. Исследование имплицитных концепций интеллекта / Н.Л. Смирнова // Психология личности в условиях социальных изменений. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1993. С.97-103.


8. Солженицын А.И. Образованщина / А.И. Солженицын // Новый мир, 1991. № 5 //
http://www.vehi.net/samizdat/izpodglyb/10.html


9. Щербатов С. Художник в ушедшей России / С. Щербатов. – М., 2000.

 

http://www.amilner.com/2010/03/12/intelligentsia/

 

Нет комментариев. Ваш будет первым!

← Назад